По версии следствия, с которой согласился суд, Ксения Светлишина передавала представителю Украины данные о перемещении боевой техники, а также писала на скамейках проукраинские надписи.
30 октября 2025 года Севастопольский городской суд вынес приговор 39-летней местной жительнице Ксении Светлишиной. Суд признал ее виновной по ст. 275 (государственная измена) и ч. 2 ст. 214 УК РФ (вандализм по мотиву политической ненависти) и назначил наказание в виде 13 лет и трех месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на полтора года.
Дело рассматривалось повторно. Изначально приговори Светлишиной Севастопольской горсуд вынес еще 3 сентября 2024 года. Тогда ей вменяли в вину не ст. 275, а ст. 275.1 УК (сотрудничество на конфиденциальной основе с представителем иностранного государства). Ее приговорили к пяти годам и трем месяцам колонии с годом ограничения свободы. 3 февраля 2025 года Третий апелляционный суд общей юрисдикции оставил приговор без изменения. Однако кассационная инстанция — Верховный суд России — 8 июля 2025 года отменила его и вернула дело прокурору, после чего обвинение было переквалифицировано.
По ст. 275 УК (а при предыдущем рассмотрении — по ст. 275.1 УК) Светлишину осудили за то, что с апреля по ноябрь 2023 года она собирала сведения о перемещениях боевых кораблей и авиации, а также о местах дислокации вооруженных сил России и передавала их некоему представителю Украины через мессенджеры. Обвинение по ст. 214 УК было предъявлено в связи с тем, что она маркером писала на скамейках «и других объектах благоустройства» в севастопольском парке имени Анны Ахметовой некие высказывания. По сообщениям прокуратуры, они выражали «ненависть к Российской Федерации», а по сообщению суда — содержали слова поддержки в адрес вооруженных сил Украины и оскорбления президента России.
Мы не даем оценки правомерности обвинений по ст. 275 и 275.1 УК. Однако обоснованность преследований по ч. 2 ст. 214 УК за политически мотивированный вандализм в целом вызывает у нас сомнение. На наш взгляд, в большинстве таких случаев фактически речь идет об одной из форм политической агитации. Проявление политической ненависти само по себе не криминализовано, и мы полагаем, что этот мотив уместно относить к отягчающим обстоятельствам лишь в статьях о преступлениях, представляющих серьезную общественную опасность, а именно в статьях, связанных с применением насилия. К тому же, с нашей точки зрения, когда нанесен не слишком серьезный ущерб имуществу, дела по ст. 214 УК следовало бы прекращать за малозначительностью. Для тех случаев, когда сделать это невозможно, но ущерб все равно относительно невелик, можно было бы ввести в КоАП статью, аналогичную ст. 7.17 КоАП об уничтожении или повреждении чужого имущества, либо уточнить саму эту статью, включив в ее состав вандализм, не нанесший крупного ущерба.
